Дрон ударил по галерее Запорожской АЭС вблизи реактора: заявление Лихачева

Генеральный директор государственной корпорации «Росатом» Алексей Лихачев сообщил о новом инциденте на Запорожской атомной электростанции: украинский беспилотник поразил технологическую галерею, расположенную в непосредственной близости от реакторного отделения третьего энергоблока. Атака произошла в ночь на 2 августа и, по имеющимся данным, не привела к детонации или разрушению критической инфраструктуры, однако вновь обострила дискуссию о ядерной безопасности объекта.

Удар пришёлся на надземный переход, соединяющий все шесть энергоблоков станции. Эта галерея используется персоналом для перемещения между отсеками, и её повреждение могло бы парализовать оперативную работу смен. Беспилотник преодолел защитные зоны и поразил цель всего в нескольких метрах от контура герметизации реакторной установки — той самой границы, за которой начинается контур теплоносителя первого контура.

Контекст эскалации: череда атак на объект

Инцидент 2 августа — не единичный случай, а звено в цепи опасных событий вокруг крупнейшей АЭС Европы. Накануне, 1 августа, беспилотный аппарат атаковал многоквартирный жилой дом в городе-спутнике Энергодаре, где проживает персонал станции. В результате попадания погибла женщина 1952 года рождения, несколько квартир охватил пожар. Этот эпизод стал прямым свидетельством угрозы гражданскому населению, связанной с близостью боевых действий к ядерному объекту.

Ещё раньше, 30 июля, силами охраны ЗАЭС был обезврежен другой беспилотник. Аппарат пытался атаковать площадку сухого хранилища отработавшего ядерного топлива (СХОЯТ) — зоны, где сосредоточены высокоактивные материалы, требующие многовековой изоляции. Попадание в такое хранилище могло бы спровоцировать радиационное загрязнение, сопоставимое по масштабу с последствиями аварий на Чернобыльской АЭС или Фукусиме-1.

Официальная реакция и риски

Алексей Лихачев подчеркнул, что российская сторона неоднократно предупреждала международные институты о целенаправленных атаках на ЗАЭС, которые квалифицируются как акты ядерного терроризма. Факт удара вблизи реакторного отделения подтверждён инструментальными средствами контроля и визуальной фиксацией. По словам главы «Росатома», взрыва не последовало, однако сам прецедент демонстрирует пренебрежение базовыми нормами МАГАТЭ, призывавшего к созданию демилитаризованной зоны вокруг станции.

Станция остаётся под контролем российских специалистов, персонал продолжает нести вахту, а системы радиационного мониторинга фиксируют гамма-фон в пределах естественных значений. Тем не менее, каждая новая атака сокращает тот самый «эксплуатационный запас прочности», о котором говорят инженеры, и приближает момент, когда случайное повреждение систем охлаждения или хранилища отработавшего топлива может перерасти в неконтролируемую цепную реакцию.

Инцидент 2 августа в очередной раз ставит перед мировым сообществом вопрос: где проходит красная черта, за которой бездействие становится соучастием в возможной ядерной катастрофе? Пока дипломатические механизмы пробуксовывают, реальной защитой объекта остаются профессионализм персонала и физические барьеры, которые, как показала ночная атака, уже находятся на грани прорыва.